ru

Интервью с сооснователем Даней

Я первое время даже не понимал, насколько сильно война, переезд, волонтёрство и всё сопутствующее на меня повлияло

Чем занимался в России и когда уехал?

В России я работал в немецком фонде и был частью команды ребят, которые организовывали показы доккино в Москве с последующими обсуждениями.

Из России я уехал 4 марта. У меня были мысли об отъезде почти сразу, но было непонятно, куда и как ехать, чем заниматься. А в начале марта в Москве поднялась мощная паника, что закроют границы, объявят мобилизацию и прочее. Решили на работе, что мне лучше уехать на какое-то время, тем более, что в Грузии тоже есть офис нашего фонда.

Коллеги встретили, я приехал с идеей, что я тут на 2-4 недели. Не угадал.

Чем занимаешься в EfA?

У меня в отличие от ребят из команды у меня нет конкретной большой сферы, из-за фултайм работы я чуть меньше включен, чем они.

Я общаюсь с большинством иностранных журналистов, координирую выдачу лекарств на другой точке по воскресеньям, иногда организую/провожу мероприятия, присматриваю за мерчом, осенью делал шелтер, недавно вот искал новое помещение для переезда нашей гум.точки.

С какими сложностями в работе сталкивался?

Сложного довольно много было, честно говоря, в разные периоды разное.

В начале, когда мы делали фестивали, всё было в очень сжатые сроки, иногда у нас подтверждался спикер чуть ли не в ночь накануне мероприятия.

Потом во время мобилизации было не сладко тоже, месяц жизни, будто выпал. Буквально вчера болтал с ребятами, зашла речь про Бориса Моисеева (не спрашивайте). И я спрашиваю, мол, он жив ещё? Мне говорят: умер в прошлом году, осенью. Оказывается, он умер 27 сентября, я даже не удивился, что не слышал про это — с конца сентября по конец октября я себя вообще не помню.

Сейчас тоже сложно, потому что надо думать, куда двигаться дальше.

Расскажи о самом запоминающемся случае

Самый запоминающийся случай для меня был в прошлом апреле, кажется. Мы только начинали, я зашел в аптеку в районе, где обычно не бываю, и встретил там мужчину из Украины.

Он ходил от аптеки к аптеке и пытался получить помощь, ему нужны были препараты от эпилепсии для сына, и нигде ему сразу не могли дать лекарств — какие-то аптеки не участвовали в программе поддержки, в каких-то нужно было иметь специальный документ.

Я подошел к нему, сказал, что мы тут начинаем помогать украинцам с медикаментами, взял его телефон. Через пару дней он получил у нас лекарства. Про его случай у нас был даже пост, один из первых, кажется.

С кризисным шелтером для бегущих от мобилизации тоже было много разного. Например, у нас жил парень, который, как только перешел границу, стал сразу там волонтёрить. Несколько дней жил в палатке прямо у границы.

Другой парень сбежал из России с тысячей рублей, первую ночь в Грузии он провёл на крыше десятиэтажного дома.

Вопрос странный, но какие планы на будущее?

Я столько думаю про это, и как-то плохо думается, честно говоря.

У меня есть идея поехать поучиться куда-то, но мне иногда кажется, что это просто желание резко сменить все вокруг себя и как-то провести год-два, чуть ли не переждать.

Мне кажется, я первое время даже не понимал, насколько сильно война, переезд, волонтёрство и всё сопутствующее на меня повлияло. Я думал, что плюс-минус в порядке и способен искать какие-то возможности для того же поступления, вкладывать в это силы. Сейчас я что-то не очень в этом уверен.

27 марта 2023

Грузия, Тбилиси, Санкт-Петербургская 7
NNLE Emigration for Action
ID: 404675561
Copyright © 2024, NNLE Emigration for Action, All rights reserved.
Получить помощь:
Контакты
Для сотрудничества
[email protected]
By clicking “Accept All Cookies”, you agree to the storing of cookies on your device to enhance site navigation, analyze site usage, and assist in our marketing efforts. View our Privacy Policy for more information.